Руслан Тотров // своя колонка на Основе.News
1576227538
/ 2323

Показал где враки зимуют. Осетин из Госдумы Зураб Макиев прервал поток сознания своего коллеги ингуша Алихана Харсиева

Наш основной обозреватель Руслан Тотров – о том, что власти Северной Осетии в очередной раз предпочли "не услышать" откровенно провокационные завления ингушского идеолога о Черменском блокпосте

Один из застрельщиков идеи ингушского реваншизма (читай, посягательств на Пригородный район Северной Осетии) Алихан Харсиев снова обратил свой публичный взор на осетин.

История не новая, потому что депутат Государственной Думы от Ингушетии периодически всплывает на информационной поверхности с откровенно антиосетинской риторикой, однако есть четыре вопроса, на которые надо дать ответы.

Алихан Харсиев

 

Что опять стряслось?

На встрече в ингушской общине Москвы Алихан Харсиев с хода оседлал любимого конька и перевел разговор в осетинское русло. Человек в тюбетейке доверительно поведал соплеменникам, что у него, оказывается, были договоренности с высокопоставленными силовиками о ликвидации блокпоста в Чермене.

Но вот незадача, посетовал депутат, все усилия перечеркнули митинги оппозиции в Ингушетии – в республику после этого нагнали войска и снимать пост стало не с руки.

Это не всё. Тут же до кучи Алихан Харсиев признался на камеру, что именно он финансировал строительство так называемых «Аланских ворот» в Магасе (я писал об этом еще весной, но тогда у нас не было документальных свидетельств). Правда, оговорился, что на аланское наследие не претендует, потому что ему достаточно «великой ингушской истории».

Я не шучу. Именно так и сформулировал насчет великой. Посмотрите видео.

 

Как отреагировали в Северной Осетии?

Хм, смотря кто. Первые лица республики предпочли привычно отмолчаться, но об этом скажу чуть позже.

Отдувался за всех депутат Госдумы Зураб Макиев. Он напомнил своему ингушскому коллеге, что за искажение истории (отсыл к проекту «Аланских ворот») и фактическую попытку устроить межнациональный замес может и от Самого прилететь:

– Президент Российской Федерации Владимир Путин ясно и недвусмысленно заявил, что искажение истории всегда использовалось как способ борьбы против нашей страны.

Зураб Макиев

Но главным в послании Макиева было даже не это, а, разумеется, блокпост в Чермене. Депутат просто-напросто поймал коллегу на том, что романтики называют выдаванием желаемого за действительное, а циники – брехней:

– Вызывают сомнения утверждения Харсиева о том, что «если бы не митинги» в Ингушетии, «все силовики» поддержали бы его усилия по ликвидации федерального КПП №105. Это очень странное заявление, учитывая, что не только Харсиев, но и мы, проводим встречи с представителями силовых структур, и наша позиция по преждевременности ликвидации данного поста находит полное понимание и одобрение у собеседников.

Кстати, это ведь не первая публичная порка, которую Зураб Макиев устроил своему ингушскому однопартийцу. В марте этого года, когда Харсиев начал активно поддерживать идею Рамзана Кадырова о ликвидации блокпостов в СКФО (на деле, речь шла исключительно о Чермене), осетинский депутат уже отвечал не в меру предприимчивому концессионеру:

– Наша задача – сделать так, чтобы посты оставались там, где они есть, и, при этом, не мешали обычным людям, туристам. По Черменскому КПП мое мнение очевидно – он должен стоять там, где стоит.

Как видите, теперь неугомонный идеолог ингушского аланства предпринял новую попытку ловли рыбки в мутной воде. Значит, самое время ответить на третий вопрос.

 

Кто такой Алихан Харсиев?

Депутат Государственной Думы Харсиев – один из главных идеологов современного ингушского национализма. Заглавные темы его публичных заявлений – это закон о реабилитации репрессированных народов и так называемое аланское наследие, сколько бы Алихан не уверял, что ему достаточно той самой «великой ингушской истории».

Я уже писал о том, что он активно занимается формирование ядерного электората — людей, объединённых идеей ингушского национализма и территориальной справедливости.

Алихан Харсиев (в центре)

Харсиев и его последователи только и говорят, что о статье 11 конституции Ингушетии. Для тех, кто подзабыл, процитирую дословно:

«Возвращение политическими средствами незаконно отторгнутой у Ингушетии территории и сохранение территориальной целостности Республики Ингушетия - важнейшая задача государства».

Это о Пригородном районе Северной Осетии, как вы понимаете. Рассуждая о событиях 1992 года, Харсиев говорит, что «ингуши были просто массой растерянных беженцев». А защитников Осетии, от Олега Тезиева до Бибо Дзуцева, он описывает так:

– Нельзя понять жестокости «рыцарей похода», которых трудно назвать людьми, по отношению к мирному безоружному населению... Их и по сей день никто не осудил за те деяния – и, поэтому они, наверное, считают себя героями.

Но интереснее всего даже не это, а то, как Алихан моделирует детали возможного нового конфликта в Пригородном районе. Читайте очень внимательно:

– Тот, кто думает, что конфликт будет, скорее всего, развиваться по сценарию 1992 года, может крепко ошибаться. Тем, кто думает, что при любом раскладе конфликта, кто бы его ни спровоцировал, армия и прочие военизированные формирования за несколько дней наведут порядок и этим самым окончательно решат вопрос Пригородного района, и все, что надо делать в этой ситуации, – выжидать, я бы посоветовал объективно все взвесить.

Как вам? Уверен, что тот же Зураб Макиев после такого заявления похоронит последние надежды на декларируемую Харсиевым «миролюбивую позицию».

Создание ингушским идеологом думского комитета «Кавказ» - звено все той же цепи, где сверхидеей является попытка захвата территории Северной Осетии, а промежуточным успехом – ликвидация блокпоста в осетинском Чермене.

Я уже даже не буду подробно расписывать историю дружбы гуманиста Алихана с ингушским разбойником, похитителем осетин Зелимханом Батаевым по кличке «Зеля Мясник» - и без того ведь все понятно.

Слева направо: Алихан Харсиев и похититель осетин Зелимхан Батаев

Риторика и действия Харсиева наводят на мысли о хорошо продуманном плане действий и игре вдолгую. Депутат отлично чувствует болевые точки ингушского народа и очень грамотно капитализирует собственный лидерский потенциал. Причем, как в ареале умеренных государственников, так и в среде юных пассионариев.

Как в этой ситуации должны действовать осетины? Думаю, это очевидно. А вот о том, чего осетины делать не должны – в ответе на последний вопрос.

 

Ну а что все же ответили Харсиеву руководители Северной Осетии?

А ничего! Продолжили отмалчиваться по углам, пропуская все новые и новые удары в информационных и идеологических баталиях.

Вот бывший глава Ингушетии Юнусбек Евкуров выдает свою версию войны 1992 года, с кровожадными осетинами и сонмищем ингушских заложников – официальная Осетия молчит.

Новый ингушский руководитель Махмуд-Али Калиматов называет действия бандитов-соплеменников в 1992 году газаватом – первые лица Осетии безмолвствуют.

Рамзан Кадыров заявляет, что договорился со всеми главами северокавказских республик о ликвидации блокпостов – власть Северной Осетии как воды в рот набрала.

Депутат Госдумы от Ингушетии Алихан Харсиев дважды за год разглагольствует о том, что надо убирать пост на осетинской земле, а в ответ – привычное молчание из Влвдикавказа.

В отличие от коллег-журналистов Заура Фарниева и Мадины Сагеевой, которые из раза в раз искренне недоумевают, почему глава республики Вячеслав Битаров никогда не отвечает на прямые антиосетинские атаки, я совершенно не удивляюсь и даже не возмущаюсь.

Знаете, почему? Позвольте удариться в аллегории для пущей наглядности. Нельзя ждать от Жана-Беделя Бокассы долготерпения и гуманности Нельсона Манделы, от Никиты Михалкова глубины Андрея Тарковского, а от Вячеслава Битарова великой мудрости и национального самосознания Ахсарбека Галазова.

Вячеслав Битаров

Каждая из моих аналогий некорректна и безжизненна, потому что меряю я величины разного, до пронзительности, масштаба, но я и не жду никаких решительных телодвижений от новых осетинских назначенцев.

В 92-м был Дед со своим полуобещанием-полунамеком федеральному центру, после которого у Москвы просто не было выбора, кроме как не мешать осетинам вышвырнуть из республики бандформирования, которые под покровом ночи проникли в Осетию из соседней Ингушетии.

Ахсарбек Галазов

А сегодня на защиту своего народа в публичном пространстве встает не формальный лидер нации, а героическая Сусанна Дудиева, которой после Беслана не страшен ни Кадыров, ни Харсиев, ни даже дьявол с рогами и хвостом:

– Ни для кого не секрет, что на протяжении многих лет на территории Республики Ингушетия создаются бандформирования, которые затем проникают, в том числе, и в Северную Осетию. КПП в Чермене не только необходим, но и требует укрепления.

Борьба Сусанны логична и понятна, но рядом с ней в «черменской» теме не отцы республики, а те, от кого резких выпадов можно было ожидать меньше всего – депутат Госдумы Зураб Макиев да министр внутренних дел Михаил Скоков, не имеющий никакого отношения к Осетии, но прямое - к здравому смыслу.

Так что имеем во власти то, что имеем. Это парад закономерностей, не больше и не меньше. Одно обидно – даже в патовой ситуации, когда следующий ход с большой долей вероятности, что цугцванг в шахматах, тот самый невольный лидер нации должен в лепешку расшибиться, но возвести интересы народа и республики в абсолют.

Действуй и умри, но сгори в борьбе, как говорили те, кто был здесь до нас. Но они-то могли и даже Харсиев может, а эти нет.

Руслан Тотров
Опубликовано: 17 ноября 2019, 15:55
рекомендуем
 
11:48
11:15
10:32
10:06
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
12/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
11/12
10/12
10/12
10/12
10/12
10/12
10/12
10/12
10/12
10/12