Первые лица Государства Алания перешли в наступление
В Цхинвале обсуждают результаты расследования дела Инала Джабиева – 30-летнего жителя города, которого во время допроса замучили до смерти милиционеры. По его итогам, с шести сотрудников криминальной милиции сняты обвинения в причинении Джабиеву смерти, зато привлечена к ответственности судмедэксперт Зарина Дзагоева, установившая насильственную смерть мужчины.
Генеральная прокуратура, наконец, расставила акценты в деле об убийстве Инала Джабиева.
Во-первых. Следствие объявило, что более не инкриминирует милиционерам совершения тяжких преступлений, а именно, по статье 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (наказывается лишением свободы до 15 лет). Также убрали обвинения по статье 286 ч.3 – превышение должностных полномочий с применением насилия и причинением тяжких последствий (карается до 10 лет лишения свободы).
Оставили только ч.1 ст. 286 УК РФ – превышение должностных полномочий, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан. По всей видимости, единственная вина, обнаруженная следствием, – это арест без санкции суда и допросы без адвоката.
Это преступление средней тяжести. Максимальный срок содержания под стражей по таким преступлениям – шесть месяцев. Милиционеры сидят уже десять, значит, их нужно выпускать под подписку до решения суда. Что и было сделано.
Вот, собственно, итоги 10-месячного расследования или, как говорит политический редактор «Основы» Руслан Тотров, истории о том, как доказанные первоначальной экспертизой жестокие пытки и причинение смерти были преобразованы в незначительное превышение полномочий.
По мнению журналиста, этот фокус был проделан при помощи двух, мягко говоря, сомнительных экспертиз, сотворенных в подведомственных лабораториях России по запросу Генеральной прокуратуры РЮО. Вторую сделали в главном центре судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны в ноябре прошлого года, а третью провели в мае в Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы.
Говорит Руслан Тотров:
«Назначение абсолютно неоправданное и непонятное третьей экспертизы. Назначили ее в очень странном месте, подведомственном департаменту здравоохранения Москвы. Это не то авторитетное Федеральное экспертное бюро, в котором проводилась экспертиза тела Цкаева. Тут надо понимать: в России сохранились островки беспристрастности, в том числе и такие, где проводят судебно-медицинскую экспертизу. Один из таких островков – это Федеральное экспертное бюро. А здесь, ну не Минобороны, как в прошлый раз, но мы прекрасно понимаем, что это такая структура, которая оставляет широкое поле для возможных маневров.
– Например, возможность откорректировать причины смерти Джабиева?
– Как гласит третья экспертиза, Джабиев умер от хронической кондиции. Переводя на русский язык, он давно уже хворал, и кончина могла настигнуть его в любой момент. Вот и все. И что ты теперь будешь предъявлять ментам? Максимум какую-нибудь халатность».
Единственное обстоятельство, которое камня на камне на оставляет от версии невиновности милиционеров, – заключение югоосетинского судмедэксперта Зарины Дзагоевой. Она единственная, кто обследовал тело Джабиева, и единственная, кто заявил о том, что смерть ему причинили милиционеры: сначала избили, потом обездвижили в позе «ласточка», из-за чего у Джабиева развилась острая сердечная недостаточность, от которой он скончался.
Но со вчерашнего дня следствие закрыло это единственное препятствие.
Следственное управление Генпрокуратуры возбудило в отношении Зарины Дзагоевой уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ (совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства).
Следствием установлено, что «экспертом Дзагоевой была неправомерно изготовлена на основании заведомо ложных сведений и выдана справка от 30.08.20 г.». Иными словами, по версии следствия, она преднамеренно сфальсифицировала причины смерти Джабиева, тем самым оболгала милиционеров и спровоцировала в республике общественно-политический кризис.
По мнению Руслана Тотрова, эта кампания против Зарины Дзагоевой раскручивалась постепенно на протяжении десяти месяцев. Сначала, когда общество было на пике протестных настроений, высказывались лишь острожные сомнения по поводу компетентности эксперта, дескать, она молодая, могла не доглядеть. После второй экспертизы из России следствие уже как бы создало параллельную реальность: наркоман Джабиев умер от ломки.
Теперь эти два объяснения причин смерти Джабиева существовали как бы одновременно и с юридической точки зрения равноправно.
А после третьей экспертизы, которую привезли в республику 14 мая, ни с потерпевшими, ни с Дзагоевой