Экс-президент владикавказского клуба об интригах, конфликте с Гуриевыми и финансовых ручейках
После завершения карьеры Габулов работал министром спорта Северной Осетии и был президентом возрожденной "Алании". Теперь он занял аналогичную должность в другом клубе ФНЛ, став председателем совета директоров химкинского «Олимпа».
"Алания"
— Вы занимали высокий пост в «Алании», но недавно его оставили. Что произошло, и в чем причины того, что вам пришлось уйти?
— Стоит рассказать все с самого начала. Решение занять пост министра спорта было напрямую связано с моим желанием вернуть футбол в Осетию. Одна из главных мотиваций — возрождение «Алании». Была разработана стратегия, к реализации которой мы приступили совместно с главой республики Вячеславом Зелимхановичем Битаровым. Ключевая задача — вывести профессиональный футбол из бюджетного финансирования. В связи с этим прорабатывались разные варианты, например, привлечение крупной корпорации. Но на данном этапе совместно с главой республики было согласовано приглашение спонсором уроженца Осетии Владимира Гуриева, имеющего бизнес в Красноярске. Он согласился принять участие в таком проекте, как «Алания».
— Что стало происходить дальше?
— Все шло хорошо, взаимодействие было налажено. Создали частный клуб, который зарегистрировали на Гуриевых, организовали дружную команду футболистов и менеджеров, которые приходили в клуб как энтузиасты. Потому что зарплаты, которые мог платить клуб, были смешными. Но ребята прониклись идеей возрождения клуба. Нам удалось подобрать боеспособный коллектив, который за два месяца вышел в лидирующую группу в ПФЛ и сейчас претендует на выход в ФНЛ. Я считаю, это неплохой результат. Добрались до высокой стадии Кубка России, во Владикавказ приехал ЦСКА, был аншлаг на трибунах, ажиотаж со стороны зрителей. Люди начали вновь ходить на стадион, получать удовольствие от футбола. Они радовались нашим успехам. Но в этот момент произошел какой-то сбой в отношениях. И в конечном итоге случился разлад.
— Гуриев сказал, что была проведена аудиторская проверка, выявлены нарушения финансово-хозяйственной деятельности. Для вас это стало неожиданностью?
— Большой неожиданностью. Моим обязательным условием при создании клуба было то, что контролировать финансы обязательно должен представитель владельца.
— Это логично.
— В случае с «Аланией» это был бухгалтер. В клубе так и происходило. Все финансовые потоки... Хотя сложно назвать это потоками.
— Ручейки.
— В футбольном масштабе — да. Они были под контролем бухгалтера. Ни один финансовый документ генеральный директор не подписывал без его согласования. Все было под присмотром: билеты, зарплаты, премии и так далее. Я как президент клуба вообще не имел права подписи. Поэтому для меня случившееся было большой неожиданностью.
— Вы пытались выйти на связь с господином Гуриевым, прояснить ситуацию?
— Да, но продолжу хронологию. Когда у клуба появились первые успехи, начались непонятные интриги. В конечном итоге все закончилось размолвкой и предательством со стороны близких мне людей. В тот момент учредители стали настаивать на увольнении генерального директора клуба. Я не был согласен с этим по двум причинам. Во-первых, как президент клуба, который формировал команду, я имел право услышать аргументы. Да, частный инвестор вправе уволить любого сотрудника. Но, во-вторых, такие изменения не стоит делать по ходу сезона. Футбольный коллектив — это живой организм, он зависит от многих факторов, которые создают атмосферу и настроение. Я пытался услышать аргументы, но бесполезно. В этот же момент я на эмоциях озвучил учредителю, что мне, наверное, тоже придется уйти.
— То есть это была ваша инициатива?
— В этом конкретном эпизоде — да. Но в тот же день я все проанализировал и понял, что это решение точно не принесет пользы клубу. Мы проделали хороший объем работы, создали боеспособный коллектив, появились первые результаты - все это нужно было продолжать в интересах клуба и болельщиков. На следующий день я озвучил Гуриеву-старшему, что готов продолжить работу. Он ответил, что мою позицию услышал и подумает. До сегодняшнего дня я знаю только то, что было в прессе о моем уходе.
— К вам не было каких-то претензий, что вы где-то поступили неправильно, и нужно было делать по-другому?
— Нет. Мы находились в постоянном контакте с его сыном Данилом — он был в курсе всех событий в «Алании», почти каждое действие мы согласовывали с ним. Поэтому для меня было сюрпризом, что Гуриев-старший позже стал предъявлять претензии через медиа. Он в итоге так и не вышел на связь. Мне жаль, что этого не произошло, хотя я проявлял инициативу. В прессе стали появляться непонятные вбросы, что я ухожу. Я считал правильным опровергать эту информацию и продолжать работу - это не должно было отразиться на команде, которая набрала ход и побеждала в каждом матче. В декабре, когда футболисты ушли в отпуск, инвестор через прессу озвучил, что «пути «Алании» и Габулова расходятся».
— Вы действительно не могли достучаться два месяца до Гуриева-старшего?
— Да. Я пытался связаться с ним и через сына, и напрямую, но контакта не было.
— Вы наверняка спрашивали Гуриева-младшего о том, что происходит. Что он отвечал?
— Что все хорошо.
— Прекрасно.
— Так и было. Я ничего не выдумываю.
— Складывается впечатление, что это классическая история про то, как не поделили успех. Когда клуб стал возрождаться, у